Москва, 6 ноября 2008 года. Эксклюзивное интервью для портала МЯСОРУБКА. Мы сидим в чил-ауте клуба Точка с басистом Арифом Мирабдолбахи (Arif Mirabdolbaghi) и вокалистом Роди Уокером (Rody Walker) группы Protest the Hero, непосредственно перед их первым выступлением в столице. Ариф держит в руках диск «Михаил Круг – Избранное», с обсуждения которого и начинается разговор.

Fkod: Ух ты! Откуда у тебя этот диск? Это ж легенда... нашей тюремной лирики, если можно так сказать.

Ариф: Шансон.

F: Да-да, шансон! Откуда ты знаешь? Ты его слушаешь?

А: Очень хочу послушать. Мне очень интересно. Кто-то про этот стиль мне рассказывал, и сказал, что этот мужик лучше всех.

F: По крайней мере, самый популярный – это точно. Ну что ж, перейдем к нашим вопросам. Начнём с самого важного: как вам девчонки?

А: А-а-афигенные

Роди: Так, так, позвольте мне вас перебить! Девушки в России либо потрясающе красивы, либо просто уродины. Есть очень красивые девчонки, а есть такие отвратительные сучки! Вот красивых женщин в возрасте я не видел.

А: А я вот видел несколько. Здесь у женщин постарше есть какая-то элегантность и шик. Они очень сексуальные. Многих я просто боюсь (смеется)

Р: Есть тут такая официантка – так вот, она просто сучка! Она реально бешеная сучка! Но она очень красивая.

А: Ага! Она приходит, бросает тебе на стол счёт, а ты чуть ли не на колени перед ней падаешь.

F: Ясно. Расскажите, успели вы посмотреть Питер?

Р: Да, например, нам показывали, как разводят мосты.

А: Признаться честно, я лично больше всего хотел увидеть именно Петербург.

F: Наверное, потому что про него больше всего писали классики?

А: Да, из-за этого тоже. Это как раз то место, куда постоянно ездили писатели, мыслители, художники. Но и Москва – очень интересный город. С гораздо более долгой историей.

Р: Россия очень сильно отличается от всей Европы, от любой части Северной Америки.

А: В русском народе чувствуется некая гордость, и на то есть причины. Вы очень благородная нация.

Р: Мы это заметили сразу, потому что мы ненавидим Великобританию, не очень любим большинство Европы...

А: Ну я не то чтобы ненавижу...

Р: Я – ненавижу...

А: Не могу сказать, что я прямо-таки ненавижу какие-то страны. Я только не очень люблю находиться в Штатах. Там народ какой-то... Но в русском народе присутствует поразительное благородство. От того, как вы одеваетесь, разговариваете, до тех зданий, которые вы создаёте.

F: Как вам публика на концерте в Питере? Много пришло людей?

Р: Конечно, пришло намного больше, чем мы ожидали. Мы никогда не выступали в России, наши диски здесь не продаются, и мы, конечно, очень удивились, нам было очень приятно, что пришло столько народу, что люди знали наши песни – да просто, сколько людей к нам подходило выпить и поболтать. Мы очень любим выпить! И мы очень любим водку!

F: Да, пить – это круто!

А: О, да!

F: Кстати, как вам наша водка, раз уж заговорили об этом? Она отличается от той, что вы пили раньше?

Р: Да! Она гораздо чище. От нее нет никакого похмелья. Это совершенно другой напиток. Наверное, можно провести параллели с гашишем. В Канаде он радикально отличается от того, что можно попробовать здесь. Он гораздо более натуральный...

F: Там?

Р: Нет, здесь. Водка более чистая, гашиш круче вставляет... Ваше бухло и наркота – это круто!

А: Это как поесть суши где-нибудь в Японии. Естественно, там они будут вкуснее. Вы славитесь своей водкой...

Р: И, надо сказать, вы не зря ей славитесь!

F: Это точно! Теперь скажите, пожалуйста, собираетесь ли вы выпускать DVD?

А: Выпустим когда-нибудь, это точно!

Р: Да, мы постоянно собираем видеоматериал – мы ездим по всему миру с одним нашим другом, который снимает наши выступления, и постоянно накапливаем всё больше и больше материала. Так что DVD обязательно будет, но не в ближайшем будущем.

F: В России вы выступаете в качестве хедлайнера, а обычно играете либо в обойме, либо на разогреве. Есть ли разница в ощущениях?

А: Конечно, разница есть. Когда выступаешь в качестве основной группы, это даёт тебе больше возможностей: ты действительно управляешь концертом. Потом, ты смотришь в зал и понимаешь, что эти люди пришли именно на тебя. А когда играешь на разогреве или в обойме, то некоторая часть зала, конечно, пришли посмотреть на твою группу, но получается так, что играешь, в основном, для тех, кто слышит тебя впервые. Так что разница существенная. А если посмотреть на это в перспективе, то нас не ставят хедлайнерами в Америке. Мы играем в качестве хедлайнеров в Канаде и... России (смеётся) Приятно приехать сюда и насладиться встречей, достойной суперзвёзд, которыми мы, на самом деле, не являемся.

F: Не факт. Вы всё-таки современные герои «техничной» музыки, если можно так выразиться.

А: Приятно это от тебя слышать.

Р: На здоровье! (выпиваем за это)

А: Известно, что технически сложная, прогрессивная музыка пользуется гораздо большей популярностью в Европе, чем в Америке. Есть такое разделение. В Канаде с ней всё нормально, но стоит приехать в Америку, и в зале стоят чуваки – руки скрещены на груди...

Р: ...чёлки зачесаны набок...

А: ...чёлки зачесаны набок, и они типа такие: «давайте, удивите меня». А в любом другом уголке света люди, скорее, идут с другими мыслями: «я развлекаюсь – иду на концерт повеселиться, выпить, послушать музыку. Если мне не понравится группа – хрен с ней. Если понравится – очень хорошо». Это всё вопрос культуры живой музыки. И вот сейчас мы находимся в стране, где явно есть такая культура. А то, что нас так хорошо и тепло здесь приняли – огромная честь для нас. Мы очень рады этому и на всю жизнь это запомним.

Р: Где угодно за пределами Штатов люди ценят технически сложную музыку больше любой другой. Народ ценит навороченную музыку, а не просто модную. Конечно, в Штатах тоже есть такие ценители, но слишком много встречается кретинов, которые типа говорят: «О! К нам приезжают The Devil Wears Prada. Они сыграют кучу брейкдаунов и нас это будет переть!» Да срать я хотел на The Devil Wears Prada, и срать я хотел на любую похожую группу.

А: Да уж. Эти люди не могут даже одновременно идти и жвачку жевать, что уж говорить о том, чтобы слушать музыку и думать.

Р: Точно так!

А: Приятно смотреть в толпу и знать, что на нас пришли посмотреть музыканты. И это на нас возлагает определённую ответственность – мы должны как можно лучше играть, чтобы оправдать надежды тех, кто пришёл посмотреть на нас с точки зрения техники. Однако нужно подать это так, чтобы те, кто просто пришёл повеселиться на концерт и кому нравится энергетика группы, тоже остались довольны.

Р: А также на нас возложена ответственность отжигать так, как будто последний день живём (подчёркивает свои слова поднятием банки пива).

F: Следующий вопрос к Роди. Твоя вокальная техника за эти годы сильно улучшилась. Как ты этого добился? Брал какие-то уроки, делал какие-то особые упражнения?

Р: Ты знаешь, когда мне было 17 лет я некоторое время ходил на уроки классического пения, занимался оперным вокалом. Возможно, занятия повлияли на меня в ретроспективе, но в основном всё это даётся за счёт развития связок.

F: То есть это просто практика. Ты поёшь, и это у тебя получается всё лучше и лучше? Ничего особенного ты не делаешь?

Р: Я выкуриваю пачку сигарет в день и фактически являюсь алкоголиком.

F: Что за сигареты?

Р: Сегодня это... (вытаскивает пачку из кармана и показывает)

F: Русский стиль!

Р: Russkiy steel'!

F: Я понял. Короче, никаких специальных упражнений, никаких уроков.

Р: Именно так.

F: Ясно. Следующий вопрос: между выходом Kezia и Fortress прошло 3 года. Следующего альбома нам придётся ждать столько же?

А: Я объясню, почему мы так долго писали предыдущий альбом: мы заканчивали старшие классы и репетировали мы нечасто – 2, 3 дня в неделю. А сейчас у нас побольше свободного времени, и мы можем сконцентрироваться на группе. То есть на новый альбом не должно уйти столько времени.

Р: Я думаю, что мы будем плотно писать материал в течение 2009 года.

F: А как у вас обстоят дела с лейблом. У вас нет обязательств по выпуску альбома в какой-то срок?

Р: Нет, наш лейбл больше фокусируется на наших турах. То есть, если мы постоянно ездим и даём концерты, им, по большому счёту, плевать, когда мы там запишем альбом. Им и так хорошо.

А: Лейблы в наше время вообще ничего уже не значат. Сейчас, когда есть интернет, они не особо нужны. Об этом вы лучше нас знаете. Раньше лейблы давали выход на публику. Типа, когда ты не знаешь, что слушать, ты берёшь в руки каталог Epitaph Records и слушаешь группы, которые там есть. А сейчас, блин, Myspace гораздо более крутой лейбл, чем все эти EMI, Columbia и так далее. Они начинают терять своё влияние, и они не знают, что с этим делать.

Р: Я бы сказал, что они не начинают терять, а уже потеряли влияние. Теперь уже нет никакого смысла в лейблах, когда любая группа может завесить свои дерьмовенькие песенки на Myspace, дать первый концерт и собрать 500 человек. И всё это теряет смысл. Вот нас на интервью часто спрашивают: «какой совет вы можете дать начинающей группе?» Наш ответ: «даже не берите в руки инструмент! Просто создайте профиль на Myspace, заведите типа миллиард друзей, а потом пишите свои сраные брейкдауны. А когда вы запишете эти долбанные брейкдауны, народ придёт на ваш концерт, потому что у вас используется какая-то заезженная мелодия».

А: Да уж, тухляк. Но это если ты не собрался этим заниматься по жизни. Если же хочешь быть группой, которую люди уважают и из которой они не вырастут, когда срежут свои дурацкие волосы...

Р: ...ага, когда сбреют свою стаю чаек с головы (смеется)

А: ... если ты хочешь остаться кем-то для этих людей, всё, что ты можешь делать – это давать концерты и писать настолько оригинальную музыку, насколько можешь, и надеяться, что это кому-то понравится.

Р: Всё, что ты можешь сделать – это быть предельно честным перед самим собой. Если ты пишешь честную, личную музыку, которая идёт от души, и это не срабатывает – если люди не начинают приходить на концерты и покупать записи – значит, не срабатывает. Но если ты действительно серьёзно и честно подходишь к этому, и народу начинает нравиться, – слава Богу! Вот, например, Dream Theater. Это группа, которая уже давно по-честному делает своё дело.

А: И можно прийти на их концерт и увидеть как 12-, так и 60-летних слушателей.

И они никогда не умрут!

Р: Никогда!

А: А ещё бывает, спрашивают «а какую музыку ты слушаешь?». И сразу вспоминаются великолепные слова Дюка Эллингтона, что существует два типа музыки – хорошая музыка и плохая музыка. Если она тебя цепляет, если она органична, если ты её чувствуешь – она говорит сама за себя. А если помимо музыки требуется какой-то имидж, или тот факт, что твои друзья слушают эту музыку...

Р: ...или типа вокалист кого-то пристрелил...

А: ...да, какая-то такая фигня... короче, такая группа быстро выстрелит, но и быстро забудется.

Р: (поднимая пиво) в этом мире существует только 1 и 0 тип людей, которые понимают двоичный код. Те, кто понимает, и те, кто не понимает (смеются и пьют пиво).

F: В своё время вы наверняка ровнялись на какие-нибудь группы или на определённых музыкантов. Каково ощущать, что сейчас многие молодые музыканты разбирают ваши песни, что вы имеете на них определенное влияние?

Р: Если мы и можем иметь какое-то влияние на таких людей, то я хотел бы сказать вот что: ищите работу, которая будет для вас предельно сложной и поможет вашему развитию, как можно активнее совершенствуйте ваши навыки владения инструментами и, когда вы готовы, начинайте что-то создавать. А пока вы это создаете, продолжайте развиваться и в работе, зарабатывать больше и больше, пока не достигнете своего пика, что, по идее, никогда не должно произойти.

А: В конце концов, не пытайтесь играть как я, или он, или Тим, или Люк, или Мо (остальные участники группы – прим. ред.)

Р: Пытайтесь превзойти нас!

А: Да, вот именно! Играйте как вы сами, и делайте это лучше, чем мы. Нет никаких причин, по которым вы бы этого не смогли сделать. Существует огромная разница между тем, как один знаменитый гитарист играет любую ноту, скажем, соль, и как эту же ноту играет другой знаменитый гитарист. Найдите свой звук! Не нужно ровняться на нас! Думайте о бесконечности потенциала, думайте о бесконечных просторах небес – и реализуйте себя!

Р: Сейчас зарождается новое поколение, которое очень многому подвержено. Оно подвержено влиянию как очень талантливых музыкантов, так и действительно хреновых. Будем надеяться, что они будут находиться под влиянием талантливых музыкантов и захотят стать такими же. Кто-то будет развивать выразительность, кто-то – технику исполнения, и, я надеюсь, в итоге появятся гитаристы, которые просто снесут нам башню. То есть когда нам будет по 60 лет. Как сейчас предыдущее поколение сидит и говорит «Джими Хендрикс был революционером от гитары», а тут вылезают какие-нибудь Psyopus и такие (изображают вдвоём быструю игру на гитарах) – и прям невозможно поверить в то, что ты слышишь!

F: Кстати, я хотел как раз спросить вот что: конечно же, все мы заметили, что со времен Хендрикса очень многое изменилось, и с технической точки зрения то, что они играл тогда, уже не выглядит так сногсшибательно. Постоянно идёт развитие техники, и сложно предугадать, куда это развитие пойдёт дальше.

А: Основным препятствием в этом отношении я вижу именно использование этой виртуозности для создания композиционно целостных произведений. Есть куча людей, которые могут технично играть – напоминает комплекс Ингви Малмстима, который круто играет, но его песни, на мой взгляд – бессмысленный набор звуков, который не имеет завершенности. Если ты можешь взять техничность исполнения, взять какие-то «умные» ходы, и всё равно создать песню с запоминающейся мелодией, вот тогда ты чего-то достиг как музыкант. Это не просто выйти на сцену и начать наворачивать на своей гитаре. Можно зайти в любой гитарный магазин в мире, и там будет сидеть кучка кретинов, которые типа (демонстрирует быструю игру на гитаре). Шред – все дела! Смысл в том, как использовать это умение. Не синий цвет сделал Винсента ван Гога таким потрясающим, а то, как он использовал синий цвет.

Р: (говорит голосом ботана) можно оспорить, отметив, что синий цвет у ван Гога – это следствие особых психологических процессов, которые... (смеются)

F: Это подводит нас к следующему вопросу: ваш следующий альбом будет ещё более навороченным, чем предыдущий, или вы сделаете его более хитовым?

Р: Конечно! Мы действуем по древнему японскому принципу постоянного совершенствования мастерства...

А: Я хочу вот что сказать о самой сути нашей группы: в нашей «коллективной голове» мы слышим песню. И в каждой песне, которую мы сочиняем, и каждом альбоме, который мы создаём, мы пытаемся воспроизвести эту песню – вытащить её из области идей и сыграть в реальности. Следующий альбом будет больше концентрироваться на этом. В общем, как только мы сможем написать вот эту идеальную песню, соответствующую нашим возможностям, мы перестанем заниматься музыкой.

Р: Мы просто р-р-раз – и перестанем существовать.

F: Ясно. И два очень коротких вопроса: какие группы на вас повлияли?

А: Ну, Symphony X... слушай, мы выросли на скейт-панке. Мы не слушали металл. Propagandhi, например. Нам очень нравится Sikth, а также шведская группа Aeon – очень много групп.

F: А из современных?

Р: Blotted Science...

A: ...Blotted Science, Between the Buried and Me...

P: Spiral Architect, Psyopus, который мы уже упоминали.

А: В мире вообще столько таланта, что в нём просто можно утонуть.

Р: Да, но его нет в мейнстриме. Талант нужно искать.

F: А как же Black Eyed Peas? Ферджи как же?

A: Да, ничего! Ну, мы иногда слушаем попсу – Джастин Тимберлейк, Марайя Кэри.

F: А как же сиськи? Ведь мейнстрим на то и существует – музыка дерьмовая, зато можно на сиськи посмотреть.

А: Ну, про Марайю Кэри мы уже сказали... вообще хорошая музыка есть везде, и вдохновение нужно черпать откуда угодно, лишь бы оно было.

F: Большое спасибо, удачного выступления!

ЛИНИЯ- Два сердца, два огня

NAILY - Холод распятого сердца

HORIZON 8 - Horizon 8

ЮгА

Вход Свободный

...

Синий Концерт

ТРЕЯ

Вход Свободный

TRACKTOR BOWLING

Билеты - 200 руб (до 1 февраля, в кассе клуба) , после - 300 руб, VIP - 500 руб.

TRACKTOR BOWLING

Билеты - 500 руб.